Конфликты на границе Кыргызстана и Таджикистана на бытовом уровне случаются часто. Обычно камнем преткновения становится кусок земли на спорной территории. В последнем конфликте участвовали пограничники двух стран, наши соседи чуть было не развязали войну. На прошлой неделе кыргызско-китайскую границу легко пересекла группа вооруженных людей.
Напрашивается вопрос, неужели наши границы настолько не защищены? В чем основная причина конфликтов и где выход из складывающейся ситуации? На эти вопросы мы попросили ответить эксперта, президента «Центра перспективных исследований» Сергея Масаулова.
— Какую вы можете дать оценку тому, что сейчас происходит на границах Кыргызстана?
— На границах Кыргызстана царит нестабильность и напряженность, и это состояние чревато конфликтами. Но обо всех сложностях забывают и мало обращают внимание, до тех пор, пока не происходит никаких инцидентов и конфликтов. При малейшем поводе все сложности вновь воспроизводятся. Я полагаю, что новые стычки на наших границах не за горами, по той причине, что не решаются причины конфликтов, которые находятся за другой плоскостью. Это не делимитация и не демаркация границ. Это не просто не способность выработать общие принципы водопользования. Правильнее будет сказать, что Фергана, как таковая – это единый хозяйственный и культурно-исторический организм. И разрезать его жесткими границами не представляется возможным. А вот как это решить – центральная проблема.
— Что касается границы с Таджикистаном, в чем вы видите проблему?
— Это многоуровневый вопрос. Если брать по глубинным основаниям, то на кыргызско- таджикской границе, складываются в первую очередь сложные взаимоотношения между теми, кто ведет оседлый образ жизни и считает себя потомками тех, кто создавал хозяйство; и теми людьми, которые считаются здесь пришлыми. Коренные жители испытывают некий исторический шок – они не приемлют манеры, и способ поведения «новых», на их взгляд, людей. Для них проживание по 70-100 лет на местности не является основанием для претензией на территорию. За собой они числят тысячу лет обработки и формирования своей территории. Это глубинное основание лежит в поговорках, пословицах, в неуловимых элементах отношений друг к другу. Все это понятно тем, кто живет в этой среде и незаметно новому человеку. Решение этой проблемы требует серьезных программ. Тут должны учитываться развитие национально-государственных форм, при обязательном соблюдении интересов друг друга и непременно нужно руководство, как на местном, так и на национальном уровне в трех странах. Это руководство должно обладать не только опытом ведения хозяйственной деятельности или опытом управления. Подготовка таких людей должна основываться на глубинных социокультурных, и культурно-исторических основаниях. Такие управленцы действуют более перспективно во всех аспектах договороспособности, они демонстрируют возможность разрешения вопроса. Сейчас мы этого не видим, в этом и вся беда.
— После последней конфликтной ситуации на границе с Таджикистаном представители обеих сторон встречались неоднократно. Как вы считаете, можно ли сейчас добиться решения каких-то масштабных и глубинных вопросов?
— На стол переговоров нужно выкладывать последовательно ряд вопросов. И сначала необходимо решить принципиальные. Для Кыргызстана таковым является сохранение свободного проезда из Баткена в Лейлек, не подвергаемого сомнению, без всяких трений и неожиданностей. В связи с тем, что изредка они все же возникают, есть требования кыргызской стороны сделать коридор между Исфаринским районом и анклавом Ворух. С другой стороны, таджикская сторона тоже хотела обеспечить себе свободную дорогу. Но эта территория не согласованна, а там есть и другие несогласованные участки. И на них уже построены дома жителей соседней республики. Еще один нюанс, они из приграничных районов не мигрируют, как граждане нашей страны. Здесь нужны принципы: взаимный размен, либо фиксация существующего положения, либо дополнительное согласование особого статуса дороги. Стратегически это решается на путях всестороннего многоуровнего договора о подлинном добрососедстве и ведения совместной хозяйственной деятельности. Но это потребует изменения самого хозяйственного уклада и способа развития распределения хозяйственных сил, потому как в настоящее время население приграничных территорий живет за счет контрабанды. И оно не заинтересовано в порядке на границе. Пограничники часто тоже занимают такую позицию.
Милости просим, входите
— До недавнего времени на кыргызско-китайской границе было спокойно. Однако на прошлой неделе на территорию КР проникла вооруженная группировка. Неужели наши границы настолько не защищены, что через них запросто могут проникнуть экстремисты, террористы, радикальные религиозные группировки?
— Я бы сказал, что граница с Китаем у нас стабильная, в том плане, что она четкая и юридически согласованная. То, что с Китаем нет таких проблем, как с Таджикистаном, это очевидно. Что касается проникновения на территорию КР бандитов, то мир сейчас устроен так, что в каждой стране могут оказаться группы не просто радикально настроенные, но и экстремистского поведения, это тоже очевидно. Возможно, такие люди могут прийти через границу, но это ни чуть не ставит под сомнение отношения сторон. Группировка, которая пришла в Кыргызстан, прошла через перевал высотой 4400 метров над уровнем моря, причем в январе. Считалось, что сделать это было сложно и даже не возможно. Сейчас цели проникновения группы людей из Китая в Кыргызстан не известны, но, судя по тому как они двигались, можно предполагать, что они шли сюда для встречи с кем-то. Может, для того, чтобы что-то получить — инструкции или литературу. Однако их уничтожили и теперь все остается только на уровне догадок и домыслов. Спросить не с кого, зацепок нет.
Всеобщая проблема — Афганистан
— В СМИ часто появляются сообщения о том, что на границе Кыргызстана задерживают нарушителей. Как вы думаете, усугубится ли ситуация с выводом войск из Афганистана?
— Во-первых, американцы из Афганистана не уйдут. В какой-то мере персонал, в том числе и разведывательно-военный, будет присутствовать на стратегических базах. Из Кыргызстана базу уберут, но опять же совсем из нашей республики американцы не уходят. Операционный аспект в Афганистане переложат на армию и полицию, их сейчас перевооружают, на что идут огромные деньги. Что касается группировок, то в Афганистане произошло их переформатирование, возникло «Исламское движение Туркестана». По разным оценкам численность в группировках выходцев из стран Центральной Азии, Поволжья и северного Кавказа насчитывает около 4 тысяч человек. Пока эти люди не прибегают к действиям, они осуществляют такое стратегическое нависание над странами ЦА и представляют собой возможную угрозу появления здесь. И потом, в ЦА начался сложный процесс смены элит. В Кыргызстане выборы будут в 2015 году, сначала парламентские, а потом президентские. И надо помнить о том, что у нас есть разные горячие головы, которые тоже хотят «порезвиться». В этом смысле политические системы стран Центральной Азии в чем-то похожи. Они вроде бы стабильны, но в них происходит возрастная смена элит. Приход постсоветских поколений во власть — это пока большая проблема и вопрос, что они с собой принесут. Поэтому появление исламистского фактора может оказаться просто катализатором. Опираясь на внутренние противоречия, как на майдане, к ситуации подключаются внутренние проекты, и все начинает взрываться. Поэтому приход новых элит будет сопровождаться некоторой мировоззренческой тряской. Дело в том, что новое поколение воспитывалось в условиях формальной диологизации. На самом же деле происходит архаизация – либо вторжение чужого проекта, тогда вместо ценностей твоего народа тебе подставляются другие. Это можно наблюдать в некоторых постсоветских странах. Мы видим, что местное население – это некие местные «аборигены, травмированные западными ценностями». Они живут не как на западе, но произносят их слова. По оценкам нашего центра, в 2014-2015 году в Кыргызстане ожидается системный серьезный выход на арену разных политических и идеологических течений, базирующихся на религиозной риторике. Для этого сейчас происходят столкновения и в ДУМК, и в совете улемов, скандалы вокруг хаджа, то есть это некий «танец дьявола» вокруг денег и власти. Что не способствует сохранению стабильности и потому резко радикализирует взгляды молодых людей. Остается подтащить радикальные организации, а некоторые из них у нас работают открыто. Потому 2014 год опасен, особенно если будет наблюдаться политическая нестабильность, то это может завершиться столкновениями с религиозной окраской.
— Что может сегодня сделать Кыргызстан, чтобы как-то предупредить опасности, которые могут исходить со стороны Афганистана?
— Будут укрепляться границы – это само собой, в настоящее время уже идет перевооружение нашей армии. И потом, здесь, как говорится, «один в поле не воин» – нужна слаженность совместных действий вооруженных сил всех стран. Я бы сказал, что настало время ОДКБ переходить в разряд операционной войсковой структуры. Организации необходимо развертывать функцию стратегического планирования. Она должна стать неким военным блоком, который сможет обеспечить безопасность.
Поделится в