Близится к концу объявленный президентом страны А.Ш.Атамбаевым Год истории и культуры. Несомненно, он стал годом активизации исторических исследований. Перед историками страны обозначились горизонты новых неизученных доселе тем и направлений поиска. Вместе с тем, завалов и белых пятен в отечественной исторической науке остается немало. Это связано не только с тем, что один год — слишком малый срок для проведения масштабных и глубоких исследований. Маститые ученые, такие, как академик Бегималы Джамгерчинов, доктор исторических наук Кушпек Усенбаев потратили большую часть своей жизни для сбора материалов и опубликования трудов по выбранным темам.
Историю пишут все кому не лень
Надо признать, что в настоящее время чрезвычайно понизились требования к качеству и научной объективности исторических исследований. За последние 30 лет по истории Кыргызстана защитились более 200 докторов и кандидатов наук. Это, думаю, больше, чем во Франции. Но только отдельные из этих работ можно считать каким-то открытием и определенным вкладом в науку.
Увеличившаяся в условиях суверенитета и роста национального самосознания потребность в исторических знаниях подвигло заняться историей лиц, стоящих далеко от науки. По меткому замечанию доктора исторических наук Усеналы Чотонова, книги и статьи по истории у нас пишут даже повара (интервью кыргызскому радио от 20 сентября 2016г.).
«В настоящее время те скромные достижения исторической науки в рамках марксистско-ленинской методологии оказались в загоне, не предложив взамен новую альтернативную историю, основанную на последних достижениях исторической, в целом гуманитарной науки. Профессиональные историки идут на поводу псевдоисториков, не заявляя о себе, ни опровергая последних. Солидное научное учреждение, Институт истории НАН, самоотстранилось, проявляет полное равнодушие в отношении псевдоисториков, не дает никакой научной продукции, кроме штамповки очередных кандидатов и докторов наук. Что сказать и требовать что-то другое, если до сих пор не разработана концепция развития исторической науки. Даже нет постановки проблем, задач и путей их решения, не говоря о переосмыслении на научном и глобальном уровне. Что говорить, если до сегодняшнего дня на государственном уровне отсутствует научная политика и научный приоритет, отвечающий современным требованиям», — совершенно справедливо отмечает доктор исторических наук Тынчболот Джуманалиев в своей статье «Проблемы и задачи кыргызской исторической науки на современном этапе».
Следует отметить, что у определенной части историков присутствует желание приуменьшить, а то и умолчать о роли русских и советских историков в формировании исторических знаний о кыргызах. Разумеется, это далеко от истины. Именно русский царь Петр I заложил основы кыргызоведения в Российской империи.
Кунсткамера — золотой клад для историков
Золотой клад для ученых, прежде всего этнографов, — сокровища знаменитой Кунсткамеры, основанной Петром I в далеком 1714 году. Это один из старейших музеев мира. В первых его коллекциях находились вещи, собранные самим Петром I, в том числе купленные им за границей. Для пополнения экспозиций музея направлялись специальные экспедиции в Сибирь, Среднюю Азию и другие районы.
Когда в 1724 году была основана Российская Академия Наук, Кунсткамеру включили в ее состав. Фонды музея превратились постепенно в лабораторию ученых. Академия Наук планомерно расширяла музейный фонд Кунсткамеры как национального центра изучения культурного наследия народов мира.
В настоящее время Кунсткамера официально именуется музеем антропологии и этнографии им. Петра Великого Российской Академии Наук. Здесь собраны богатейшие материалы по этнографии народов Средней Азии и Казахстана. Первые коллекции по данному региону были приобретены еще при жизни Петра I. В 1742 году в Кунсткамеру поступили бухарские башмаки, а в 1779 году — экспонаты из Казахстана.
Только в 1891 году поступило 2500 предметов, собранных известными путешественниками и исследователями, выезжавшими в малоизученные районы Центральной Азии. Среди собирателей туркестанских коллекций — путешественник Г.Е.Грум-Гржимайло, совершивший три экспедиции, А.Э.Регель, изучавший в 1881-1883 годах районы верховьев Амударьи, выдающийся востоковед-тюрколог И.Ф.Катанов, командированный в 1889-1892 годах Географическим обществом в Джунгарию и Восточный Туркестан для изучения быта и языков тюркских народов. В 1893 году от И.Ф.Катанова в музей поступила коллекция по этнографии населения Семиречья.
Фонды Средней Азии и Казахстана содержат богатый фотоиллюстративный материал, в котором представлены картины быта местного населения. Здесь же хранятся портреты местной знати, на которую опиралась царская администрация.
Значительным кладом в изучение края явился так называемый «Туркестанский альбом», оформленный по распоряжению туркестанского генерал-губернатора К.П. фон Кауфмана. Его называли покорителем и устроителем Туркестанского края.
Работы по созданию альбома велись более двух лет. Он вышел в свет всего в шести экземплярах. По оценкам современников, «Туркестанский альбом» являлся «величайшей художественной редкостью». В Кунсткамеру альбом поступил в 1874 году.
В настоящее время в музее хранится одна из четырех частей «Туркестанского альбома» — этнографическая. Она состоит из двух больших томов. В них содержатся портреты представителей разных народов Средней Азии, показаны изображения традиционных жилищ, кочевок, поселений, городов, сцены домашней и общественной жизни местного населения, религиозные обряды и т.п.
В музее хранятся и фотокопии произведений известного русского художника В.В.Верещагина, экспозиция исследователя И.С.Полякова, передавшего в 1880 году в музей фотографии, сделанные им в Семиреченской области. Жизнь и быт кочевников, запечатленные ученым, вызывают у этнографов живой интерес.
В том же 1880 году в Кунсткамеру поступил «Этнографический альбом «дикокаменных киргизов», выполненный художником М.П.Кошаровым. Кроме того, в музее хранятся две тетради с зарисовками этого художника: «Этнографические рисунки одежды, утварь, оружие и другие вещи дикокаменных и Большой орды киргизов» и «Типы дикокаменных и Большой орды киргизов».
Огромную роль в формировании фонда музея, посвященного Средней Азии и Казахстану, сыграл Русский комитет по изучению Средней Азии и Восточной Азии, которым руководили выдающиеся ученые В.В.Радлов, В.В.Бартольд, Л.Я.Штернберг и др. В 1914 году комитет снарядил в припамирскиие области совместную франко-русскую экспедицию. Участники экспедиции сдали в Кунсткамеру много предметов быта и фотографий.
Всего по Среднеазиатско-Казахстанскому региону в музее хранится 8 тыс.предметов. Особо впечатляют 500 образцов среднеазиатских тканей, в том числе роскошные шелковые ткани и бархат из кладовых бухарских эмиров, подаренные Николаю II в 1913 году в честь празднования 300-летия дома Романовых. Богатые коллекции вышивок (186 образцов — собиратель А.К.Писарчик) были собраны в Средней Азии специально по заданию музея. 550 предметов по культуре кыргызов и узбеков были переданы в фонды музея сотрудником МЭА Г.Н.Симаковым.
Революция 1917 года и гражданская война внесли существенную корректировку в деятельность Кунсткамеры. Лишь в конце 20-х годов начинает восстанавливаться прежняя собирательская деятельность.
Кунсткамера Российской академии наук располагает уникальными материалами по истории и быту кыргызского народа, прежде всего по его дореволюционной истории. Исключительная их научная значимость ставит острую необходимость приобретения копий этих материалов для музеев Кыргызстана, тем более, что в Кунсткамере создан специальный обменный Фонд. Следует отметить, что Кунсткамера регулярно организует тематические выездные выставки своих экспозиций, в том числе за рубежом. Работники нашего исторического музея совместно с коллегами по Центральной Азии могли бы выступить инициаторами таких начинаний.
Поделится в