Menu
imarat stroy
aiu kurulush

«Возвращенцы»: жертвы войны или угроза нацбезопасности?

Последствия боевых действий на Ближнем Востоке сегодня вынуждены расхлебывать все страны мира. В том числе Кыргызстан, 850 граждан которого, по официальным данным, поехали воевать на стороне террористических организаций. И теперь, когда экстремистов уничтожают и вытесняют, их жены и дети попадают в лагеря беженцев. Конечно, власти Кыргызстана, по примеру Казахстана, Узбекистана и Таджикистана, прорабатывают вопросы возвращения своих граждан на родину. Но это очень сложно, учитывая то, каким путем они попали в горячие точки.

Пока не продали в рабство

Жена, две взрослые дочки и внуки Шергазы (имя изменено) находятся в лагере «Рож» на территории Сирии, подконтрольной курдам. По словам мужчины, в 2014 году его дочерей вывезли в Сирию обманным путем. Девушкам обещали учебу в египетском вузе, а привезли через Турцию в лагерь террористов. Здесь их выдали замуж за боевиков, которые оказались уроженцами Кыргызстана. Позже, когда одной из дочерей предстояли роды, жена Шергазы приехала, чтобы помочь, да так и осталась в лагере.

– Теперь курды грозят продать моих дочерей и жену в рабство, если их никто не заберет, – жалуется мужчина, который держит связь со своей семьей по WhatsApp.

Шергазы обратился за помощью в возвращении близких к группе кыргызстанских активистов. Это сообщество бизнесменов, которые утверждают, что не связаны ни с какими политическими и религиозными организациями, а также различными «третьими силами». Уже в начале сентября активисты намерены совершить первую миссию в Иракский Курдистан и привезти оттуда 150 женщин и детей. Всего миссионеры хотят вернуть 400 человек. А вообще, по их оценкам, сегодня в лагерях Сирии и Ирака могут находиться более тысячи кыргызстанцев. В основном они содержатся в поселениях для беженцев «Рож», «Айн-Исса» и «Эль-Холь».

– Все затраты мы берем на себя: организацию переезда и реабилитационных центров, предоставление специалистов, – говорит член инициативной группы Айзада Деркембаева. – У государства мы не просим ни копейки. Надо только помочь решить проблемы с документами.

Опасные пассажиры

Общество и эксперты Кыргызстана по-разному относятся к проблеме возвращения граждан из ближневосточных лагерей. С одной стороны, государство, конечно, должно защищать своих подданных, где бы те ни находились. С другой, речь идет не о простых беженцах, а о людях, возможно, принявших идеи джихада, а, может быть, участвовавших в терактах и убийствах «неверных».

По мнению вице-президента Международной Ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» Владимира Березовца, многие из «возвращенцев» присягали на верность главе ИГИЛ, халифу аль-Багдади. Эта присяга действует до тех пор, пока жив идеологический лидер террористической организации. То есть, не исключено, что репатриант, оказавшись на родине, продолжит выполнять античеловеческие «заветы» ИГИЛ.

– Количество женщин и детей, вовлеченных в радикальную деятельность, стремительно растет. В зоны боевых действий выезжают целыми семьями, вместе с женами и детьми. И возвращая своих граждан из Сирии, мы должны понимать, что имеем дело с людьми, которые, как минимум, видели смерть и жестокость, – добавляет Березовец.

Как пояснил политолог Игорь Шестаков, использование семьи как ячейки общества стоит во главе концепции вербовки и пропаганды ИГИЛ. Мужчины здесь рассматриваются как действующие боевые единицы, дети – как подрастающая смена, женщины – как матери будущих боевиков. Получается своего рода замкнутая самовоспроизводящаяся система.

– Таким образом, создается база для будущего манипулирования зомбированными людьми, которые оказались в лагерях именно с этой целью, – уверен Шестаков. – Здесь можно говорить не просто о вербовке, а о конкретном идеологическом заказе, который осуществлялся системно и с вложением колоссальных ресурсов. Например, несколько лет назад среднемесячный доход вербовщика в Турции составлял 50 тысяч долларов.

Системный подход

Интересно, что гражданские активисты, взявшиеся самостоятельно возвращать на родину граждан КР, не считают нужным проверять репатриантов на причастность к террористической деятельности.

– Мы же привезем детей и матерей из лагерей беженцев. Женщины, которые как-то причастны к терроризму, содержатся в тюрьмах, – объясняет Айзада Деркембаева.

Тем не менее группа активистов отмечает, что будет рада сотрудничеству с госорганами по вопросу репатриации граждан республики. Однако специальная межведомственная государственная комиссия, созданная весной этого года, пока не изъявила желания работать вместе с гражданскими миссионерами. Вместо этого государство ведет свою неспешную, но планомерную работу по возвращению людей на родину.

Так, сегодня ГКНБ совместно с другими госорганами республики и зарубежными партнерами идентифицируют личности и гражданство людей, находящихся в лагерях Сирии и Ирака. Кроме того, проверяют их причастность к экстремистским организациям.

– В случае причастности взрослых к террористической деятельности, они могут быть лишены родительских прав, – сообщили в ГКНБ КР. – При возвращении в Кыргызстан все граждане пройдут реабилитацию. Также будет определена степень их ответственности перед законом.

Полковник ГКНБ в запасе, президент Международной Ассоциации ветеранов спецподразделений «Альфа» Юрий Погиба считает, что возвращение кыргызстанцев из Сирии и Ирака – вопрос государственной и национальной безопасности. Посему курировать этот процесс должно именно государство.

– Речь идет об угрозе терроризма и обеспечении безопасности. Здесь перед нами стоит целый спектр вопросов. Во-первых, это первичное размещение людей в так называемых фильтрационных зонах, где им окажут медицинскую и психологическую помощь. «Возвращенцы» психологически покалечены, и вопрос адаптации к обществу у них стоит очень остро. Во-вторых, нужно определить степень их причастности к террористической деятельности. Здесь в каждом отдельном случае работают органы госбезопасности, содружества спецслужб в рамках ОДКБ и ШОС, – рассказывает полковник. – Инициатива граждан – это, конечно, хорошо. Но без прямой поддержки государства она не реализуема. У нас есть пример Казахстана, который уже в течение года возвращает своих граждан. У них созданы негосударственные организации по оказанию психологической помощи, но с прямым участием госорганов.

При этом Погиба уверен, что с учетом международных взаимодействий по линии ОДКБ и ШОС, ресурсов Кыргызстана хватит, чтобы решить вопрос с «возвращенцами».

Игорь Шестаков, в свою очередь, не видит выхода из сложившейся ситуации.

– Кыргызстан столкнулся с суперсистемной проблемой. Нет ни финансов, ни механизмов, ни опыта, ни специалистов для социальной адаптации граждан, – добавляет политолог.

Не враги, а заблудшие

– Кыргызстанцы, находящиеся в лагерях беженцев, – не враги для нас. Это заблудшие граждане нашей страны, с каждым из которых надо работать индивидуально, – уверен Юрий Погиба. – Каждый попал в зону конфликта своим путем. Ведь по статистике 60-70% людей попадают в экстремистские организации по причинам, не связанным с религией или идеологией. Многих привлекает материальная часть и наличие в организации социальных лифтов. Много молодежи радикализуется на протестном настроении.

Полковник ГКНБ, который лично руководил многими антитеррористическими операциями «альфовцев», уверен, что возвращение в страну граждан из горячих точек имеет «минимальную угрозу».

– Маловероятно, что люди, вернувшиеся в Кыргызстан с помощью государства, вольются в джихадистское подполье или создадут спящие ячейки, – считает Погиба. – Но, допустим, несколько человек окажутся идейными религиозными экстремистами с четко поставленной задачей. Так, для работы с ними существуют органы контрразведки. А у фанатиков есть другие, более действенные способы, проникнуть в страну. Например, по поддельным документам.

Бороться с религиозным экстремизмом ветеран спецподразделения «Альфа» предлагает, прежде всего, профилактическими мерами.

– Надо воспитывать детей в духе интернационализма, межнационального согласия и религиозной терпимости. Это касается всего нашего общества, – говорит Погиба. – Нынешние 10-11-летние дети через 6-7 лет могут смело взять в руки оружие и быть использованы террористическими организациями. Кстати, терроризм сегодня помолодел: основной массе боевиков 17-22 года. Наша группа уничтожала террористов, которым было 19 лет. Они положили жизнь непонятно за что и были забыты на второй день. Но юноши продолжают вступать в ряды экстремистов. И опытные вербовщики как раз используют свойственные молодежи максимализм и отсутствие страха смерти.

Поделится в
back to top

Случайные

Follow Us