Menu
imarat stroy
aiu kurulush

Танцы для всех

Айнура Телеушева – умница, красавица, спортсменка, активистка, глава общественного фонда Love-Life. И все это, несмотря на то что большую часть своей жизни она провела в инвалидном кресле. Возможно, именно благодаря этой девушке в будущем кыргызстанцы смогут принимать участие в международных соревнованиях по спортивным танцам среди лиц с ОВЗ. Она согласилась рассказать «Мегаполису» о том, как появилась идея создания студии инклюзивных танцев в нашей стране, что это такое и где брать силы на подвиги.

– Как пришла в голову идея открыть студию таких необычных танцев?

– Это случилось еще в дет­стве. Я очень любила петь и танцевать. Думаю, если бы у меня не было инвалидности, я бы поступила в какое-нибудь профильное заведение или в музыкальную школу. Но в мое время, к сожалению, не было соответствующих адаптированных учебных организаций. Поэтому я поступила на дизайнера-архитектора. Но мечта танцевать осталась со мной. Как-то, уже став взрослой, я беседовала со своими коллегами и рассказала им об этом. Они спросили: «А почему бы тебе не открыть такую необычную студию?».

Изначально это даже была не студия. Мы просто готовились к фестивалю, который прошел в сентябре. Репетировали постановки, нам нужны были специальные коляски, а фонд ABILIS нас поддержал и выделил деньги для их приобретения. В том соревновании наши девочки получили первые и вторые места. И вот тогда мы подумали, а почему бы не начать выступать на паралимпийских и прочих соревнованиях мирового уровня.

– Вы считаете, что танцы – для всех?

– Я считаю, что каждый человек в душе танцует. Может, есть люди, которые стесняются танцевать и говорят, что они не умеют, но танец – это отражение твоего внутреннего мира, твоих чувств. В танце ты можешь показать то, что не сказать словами, в нем есть все: любовь, радость, грусть, печаль.

– Почему они важны именно для вас?

– В танце я самовыражаюсь. Когда я танцую, я не чувствую своей инвалидности. Так же, когда я пою. Когда я делаю эти две вещи, чувствую себя королевой, можно так сказать.

– Расскажите, как проходило ваше детство? Вы такая яркая, такая уверенная в себе, какую роль в этом сыграли ваши родные?

– Я родилась в обычной семье, у меня две старшие сестры, папа. В детстве я попала в аварию, моя мама умерла тогда, как и дедушка, который тоже находился в машине. Из пассажиров выжили только мы с папой. И нас с сестрами растил именно папа. Я буду благодарна ему всегда, именно он все нам дал. Не знаю, какой другой родитель подарил бы возможность человеку с инвалидностью учиться, многие бы сказали: «Сиди дома». А папа дал мне образование, поддерживал. Он верил в меня, знал, что я многое могу сама решить, сама сделать. У нас так повелось, что папа не переживал за меня, не считал меня недееспособной. Недавно наша семья стала еще больше. У нас появилась мама – папа женился. И эта женщина очень хорошая: любит нас и наших детей, стала нам настоящей бабушкой и большой опорой. Я была замужем, у меня есть ребенок, ему 8 лет, и это мое счастье.

– Что придает вам силы?

– Сейчас мой сын, моя семья, мои друзья. Да и другие люди. Те, кому я открываю что-то новое. У нас в студии танцуют девочки, и они говорят, что их жизнь начала меняться, что они раскрывают свое тело, душу и это придает мне еще больше уверенности в том, что я делаю. Я получаю большое удовольствие, когда могу помочь. Не только себе, но и другим. Я очень рада, когда чувствую, что нужна этому миру.

– Какие планы на будущее? Хотите и дальше развивать свою студию или есть новые задумки?

– О, планы у нас большие. Мы хотим участвовать в паралимпийских бальных танцах, защищая честь Кыргызстана, открыть федерацию. Сейчас мы сотрудничаем с группой «Тумар». У меня очень много идей. Я хотела бы вокалом заняться, но это совсем «набросок» – ничего конкретного. Идеи рождаются часто и их много, но некоторые из них пока под маленьким секретом.

– Легко ли людям с ОВЗ в Кыргызстане?

– Никогда и нигде нелегко быть человеком с ограниченными возможностями. Даже в Америке, где все максимально оборудовано для нашего удоб­ства. Это состояние, которое не располагает к легкой жизни. Хотя, я даже не знаю, каково это – быть человеком без инвалидности. Потому что мне было 2,5 года, когда я попала в аварию. Но я, к примеру, живу полной жизнью. И очень люблю Кыргызстан. Несмотря на то что он недоступен во всей своей красе для инвалидов, но у нас очень добрые люди. И, когда ты просишь помочь попасть в какое-то здание, поднять тебя куда-то, мужчины всегда отзываются и с удовольствием помогают. Мне кажется, в другой стране я не смогла бы жить, даже несмотря на техническую доступность всего окружающего.

– Какие проблемы встречают ЛОВЗ в КР?

– Главная проблема – стереотипы. Все думают, что человек с инвалидностью не может иметь детей, не может завести семью, не должен учиться, не должен работать, а может лишь сидеть дома и никуда не выходить. Доступность и инфраструктура – это, конечно, важно и тоже большая проблема в нашей стране, но сейчас мы с Красным Полумесяцем делаем проект под названием «доступная карта». То есть мы ездим по Бишкеку, отмечаем доступные для колясок места. И я надеюсь, в будущем наш Кыргызстан поднимется на ступень выше по инфраструктуре для ЛОВЗ. И не только для них: для пенсионеров, людей с колясками. Надеюсь, скоро наша страна ратифицирует конвенцию о правах инвалидов. Но даже сейчас я счастлива, что живу в Кыргызстане.

– Кто помог открыть студию танцев?

– Помогли спонсоры из Финляндии – фонд ABILIS, помещение помог найти мой папа. И мои коллеги, конечно же. Общественное объединение «Равенство» и ОО «Назик Кыз» не остались в стороне. Эти две организации мне очень помогают и сейчас.

– Легко ли было найти тренеров?

– Нет. Совсем нелегко. Первые учителя, что работали с нами, поставили нам танцы для фестиваля. Я им очень за это благодарна. Но потом так случилось, что им пришлось прервать свою работу с нами. Позже мы нашли нового тренера. Это Адилет Токтогозиев – очень хороший хореограф. Я думаю, у нас с ним все получится. Сейчас мы готовимся к международному соревнованию и набираем новых учеников для нашей студии. Буду рада приветствовать всех, кому удобно добираться до микрорайонов, точнее до Асанбая. Однако хочу предупредить сразу, что среди ЛОВЗ мы принимаем только людей с нарушением опорно-двигательного аппарата. Но мы ждем, не только тех, кто ограничен в своих возможностях, но и обычных кыргызстанцев. Хотелось бы, что б танцы были инклюзивными – объединяли бы и абсолютно здоровых людей, и тех, кто в колясках.

– Сколько сейчас человек ходит в вашу студию?

– Именно тех, у кого инвалидность – 4 человека. У нас, кстати, есть и группы для детей, не только для взрослых. Мы рады всем и всегда.

– Вы проводите показательные выступления?

– Мы планируем их проводить, но пока еще нет такой возможности.

– Что дает вам эта студия? Для чего она нужна?

– Для того чтобы люди с инвалидностью и без нее могли хорошо проводить время, знакомиться, понимать, что они могут комфортно сосуществовать вместе и, что человек с инвалидностью ничем не отличается от человека без нее, за исключением некоторых ограничений. Но они такие же, как, к примеру, у здоровых людей, которые сломали ногу и сидят дома в гипсе. Это не значит, что их мир изменился, перевернулся, это просто ограничения в передвижении. И еще, студия – то место, куда ЛОВЗ могут беспрепятственно попасть, я про физический доступ.

– О чем вы мечтаете?

– О том, чтобы в нашей стране была доступная инфраструктура. Очень об этом мечтаю. Потому что так хочется просто погулять, но ты вынужден себе в этом отказывать, потому что там то овраг, то ступенька, то еще что-то. Особенно это становится проблемой для тех, кто хотел бы погулять в одиночестве. Но без помощи людям-инвалидам не справиться. Еще мечтаю о том, чтобы, когда человек с ограниченными возможностями выходит за покупками, в магазин, люди бы не подбегали и не давали ему 5, 10, 20 сомов. Я мечтаю о том, чтобы люди видели в нас не ущербных, а достойных сограждан.

Поделится в
back to top

Случайные

Follow Us