Menu
imarat stroy
aiu kurulush

Мамед Тагаев: Утратив русский язык, мы опустимся до уровня «кетменной» экономики

Языковой вопрос в Кыргызстане – больная и противоречивая тема, которая уже давно вышла из бытовой сферы в политическую. Не прекращаются агрессивные выпады в сторону русского языка. Сокращаются часы преподавания этого предмета в школах. Тем не менее большинство кыргызстанцев всеми силами стараются устроить своих детей в уже переполненные русскоязычные школы. Люди хотят, чтобы их отпрыски выучили язык Пушкина и получили качественное образование.

О роли официального языка и способах его сохранения наряду с государственным рассказал заслуженный работник образования, доктор филологических наук, профессор Кыргызско-российского славянского университета Мамед Тагаев.

– В школах сокращаются часы преподавания русского языка, молодежь стала заметно хуже разговаривать на нем. Как вы считаете, нужен ли кыргызстанцам официальный язык?

– По одному Бишкеку невозможно понять, как у нас развивается русский язык. Это русскоязычный город. Я выезжал в Джалал-Абадскую, Ошскую, Таласскую области, где разговаривал с простыми людьми. В одном глухом селе спросил человека, работающего в поле: «Вам нужен русский язык?» Он ответил: «Не нужен. Вот мой кетмень. Вот мой дом. Вот мое поле. Зачем мне русский язык?» Но затем мой собеседник добавил: «Русский нужен моим детям. Я хочу, чтобы они учились в русскоязычной школе».

Поэтому такие учебные заведения у нас переполнены. Например, в ошской средней школе №4 попасть в начальные классы с русским языком обучения почти невозможно. Люди хотят дать своим детям качественное образование, чтобы они могли выезжать за рубеж.

– Мамед Джакыпович, как вы думаете, чем нашей стране грозит утрата русского языка?

– Это пострашнее отключений электричества. Будет катастрофа, потому что мы лишимся человеческого капитала, опустимся до уровня «кетменной» экономики.

Кыргызстан не может похвастаться минеральными ресурсами и промышленностью. Главное, что у нас есть – это человеческий ресурс. Необходимо воспитывать и обучать высокообразованных специалистов, которые могут решать технологические вопросы и работать на современном оборудовании. Можно ли нарастить человеческий капитал, владея только одним языком? Конечно, нет.

– Получается, что мы теряем русский язык, а востребованность в нем растет. В чем же недочеты языковой политики?

– Языковая политика в нашем государстве не совсем адекватна. Депутаты априори должны выражать глас народа. А народ хочет изучать русский. И когда узколобые ораторы говорят, что нужно делать упор только на один язык, я понимаю: этим людям больше нечего сказать. Они педалируют этот вопрос для поддер­жания своего имиджа.

Сохранять и развивать кыргызский язык правильно и очень нужно. Но важно находить точки соприкосновения и стремиться к гармоничному развитию обоих языков. Пусть родной язык – кыргызский, узбекский или любой другой – будет духовной памятью, сред­ством объединения поколений и нации.

Весь мир сегодня двуязычен, и вытеснить один язык за счет другого невозможно. Мы можем перевести все на кыргызский, но это абсолютно бесполезно и бесперспективно. Ресурсов этого языка недостаточно. Ресурсов русского языка, кстати, в некоторых случаях тоже. Но в России живет 146 миллионов человек, а у нас всего 6 миллионов, из которых четверть на выезде. О чем здесь вообще можно разговаривать?!

В эпоху глобализации, конечно, можно отодвинуть русский язык и изучать анг­лийский. Но я считаю этот путь неверным. Потому что русский язык – это котел, в котором ценности, наука и технологии западной цивилизации перевариваются и адаптируются к нашей действительности. Мы ведь граничим не с англоязычными странами. Русские – промежуточное звено между Востоком и Западом. Язык Пушкина для Кыргызстана – это ступенька к другим языкам. Лишиться русского языка – значит разрушить ступеньки для развития нашей цивилизации, науки и техники.

– Тем не менее, одни ратуют сугубо за кыргызский язык, другие – за русский. Как прийти к консенсусу в этом вопросе?

– Надо устраивать общественные дискуссии, когда две стороны собираются вместе и ведут диалог. Важно гармонизировать отношение между двумя языками. Как раз к этому я призываю людей в своей книге «Диалог языков и культур». При этом надо не выпячивать какой-то один язык. Поэтому я бы сначала преобразовал Национальную комиссию по государственному языку в условную «Комиссию по языкам».

Нужно думать прежде всего о государстве, о национальной безопасности. Потому что потеря человеческого капитала грозит именно нашей нацбезопасности. Ведь в этом случае мы получим массу безграмотных людей. Например, как это вышло в Узбекистане, где провели реформы и перешли на латиницу.

– У нас ведь тоже озвучивались предложения перейти на латиницу. Что вы об этом думаете?

– Я считаю это величайшей глупостью. Даже изменение одной буквы в алфавите ломает человеческое сознание. Если мы перейдем на латиницу, то отбросим себя на десятки лет назад. Нужно сохранить и развивать кыргызский язык именно в кириллице.

Приведу в качестве примера Азербайджан, который тоже перешел на латиницу. Недавно я ездил на конгресс в Баку. Мы с моим московским коллегой прошлись по городу и спрашивали у молодых людей, как куда-то пройти. Но оказалось, что они русского языка не знают. Мы решили: раз они перешли на латиницу, значит, хотели приобщиться к западной цивилизации. Обратились к ним на английском. Но и этого языка они не знают. Старшее поколение там, кстати, владеет русским. К ним мы и обращались. Посмотрите, что в итоге у них получилось? Азербайждан утратил русский язык, но взамен не приобрел ни английского, ни французского. То есть у них образовался вакуум.

– Наверное, не стоит забывать, что Кыргызстан находится в составе Евразийского экономического союза, в рамках которого роль русского языка повышается.

– Да. В ЕАЭС есть общее экономическое пространство, транспортные пути. Но для того чтобы все это объединить, нужно единое культурно-языковое пространство. И традиционно эту роль может выполнять только русский язык.

– Вы говорили о необходимости развития обоих языков. Но что делать с нашими программами обучения? Ведь сегодня в регионах республики наблюдается катастрофическое незнание русского, а в Бишкеке – наоборот, незнание кыргызского языка.

– Я выступаю за многоязычное образование. Нужно в школах одни предметы давать на русском, другие – на кыргызском языке. Все зависит от условий на местах. Если хороший учитель математики может преподавать свой предмет на госязыке, пусть преподает. В результате дети будут хорошо владеть обоими языками. Язык ведь мало изучать, его нужно использовать в повседневной жизни, в обучении.

Если мы будем одинаково развивать государственный и официальный языки, определив каждому свои сферы, а также обучать людей билингвизму, тогда языковая проблема решится.

Поделится в

Из последнего опубликованного Алена Табарина

back to top

Случайные

Follow Us