Menu
imarat stroy
aiu kurulush

Непридуманное

Память иногда преподносит приятные сюрпризы из прошлого. Добрые истории, когда-то услышанные, или те, в которых сам был участником, порой имеют свое продолжение в настоящем. Начинаешь совсем по-другому смотреть и понимать то, что когда-то происходило. Приходит новая оценка произошедшего.

Женитьба художника

Художник этот больше чем известный. Талантливый был. Институт имени Репина закончил. Но вот беда: был он маленького роста и невзрачен. И надо же ему влюбиться в первую красавицу города. А за ней поклонников целый ряд - лучшие джигиты страны.

И вот известный искусствовед Сарман Асанбеков нашел выход, как женить своего друга-художника.

Пригласили друзья однажды под благовидным предлогом неподступную красавицу к художнику домой на чай. И под таким же предлогом, типа «сбегаем в магазин», оставили художника и красавицу вдвоем. Естественно взаперти. Из магазина Сарман-байке вернулся через двое суток. А как же быть оставшимся взаперти? Вот они и поженились. Фамилии их не называем. Но они, отметим, люди известные и дети их тоже.


Памятник за памятник

Зашел спор о памятнике эпическому герою Манасу в Москве и о намерении президента Кыргызстана Алмазбека Атамбаева поставить такой же памятник великодушному баатыру на его родине в Алтае. Мой друг Иван Трофимович предложил, что тогда следует поставить такой же памятник Илье Муромцу в Бишкеке.

- Так будет справедливо, - сказал он.

Не дай Бог услышать об этом туркам. Тогда и они попросят поставить такой же памятник в Бишкеке одному из турецких султанов. Ведь стоит же памятник Манасу в Стамбуле! И продолжится «война» памятников.

В Китае есть памятник Алишеру Навои. А из кыргызов никому. Только вот поставили оперу «Манас» на китайском языке. Но это как-то не то. Я предлагаю возвести в Бишкеке памятник китайскому философу Конфуцию. «Зачем?» – спросите вы. А затем, чтобы китайцы задумались и ответили нам тем же, например, установлением памятника нашему Манасу аж в самом Пекине! Как вам моя задумка?

Как Суйменкул Чокморов артистом хотел стать

Суйменкул Чокморов, будучи студентом художественного института в Ленинграде, попробовал сняться в кино. То ли озарение пришло, то ли захотел прибавку к стипендии заиметь. И вот он пришел на кинопробу. Не найдя у Чокморова каких-либо артистических способностей, режиссер обозвал его дубиной и посоветовал близко не подходить к киностудии. Спустя многие годы, режиссеру Болоту Шамшиеву стоило огромных усилий уговорить Чокморова сняться в его фильме. В памяти того крепко стояли слова ленинградского режиссера: не соваться в кино. Ирония этого рассказа, поведанного Болотом Шамшиевым, в том, что слово «дубина» по-кыргызски звучит как «чокмор», то есть ленинградский режиссер, не зная фактически кыргызского языка, попал в самую точку, угадав фамилию претендента на роль Чокморова. Ну а в том, что режиссер не разгадал в студенте будущего обладателя нескольких премий за лучшую мужскую роль в кино, это, конечно, его ошибка. Угадав в одном, режиссер ошибся в другом!



Ленин – воля Божья?


Сейчас почти в каждом городком квартале есть своя мечеть. Есть и в нашем. Его посещают мои соседи, в том числе и дети. Наш мулла относительно молод. Скажем честно, он образованный человек, начитан. Таких в среде богослужителей нечасто встретишь. Я горжусь им. А голос своего молдоке узнаю издали. Как-никак наш молдо.

Собрались как-то перед мечетью соседи. Разговор зашел о столетии Октябрьской революции, о В.И.Ленине. Я как историк и правоверный мусульманин сказал, что Ленин, хоть и был атеистом и иноверцем по происхождению, все-таки посланник Всевышнего. Я почему-то уверен, что Ленина ниспослал Аллах и нам, кыргызам, тоже, чтобы он спас нас от истребления и отрыл путь к лучшей жизни. Так что Ленин – это «буйрук» – воля Божья. Слушавшие меня молдоке и прихожане нашей мечети согласились с тем, что это было действительно Божьей волей. В заключение я сказал, что не грех иногда помянуть вождя и прочесть молитву в его память.

Уроки Непала


Это было в конце шестидесятых прошлого века. Мы - группа студентов исторического факультета Кыргызского госуниверситета - находились на музейной практике в Самарканде. Там я познакомился со студентом из Непала. Общение с иностранцем было редкой возможностью даже в тогдашнем Фрунзе. Мне было очень любопытно знать, как живут люди в других странах. Непалец рассказал, что его отец владеет фабрикой, что в капиталистической стране желательно быть собственником чего-то, пусть даже небольшой лавочки. Для меня, живущего в стране, где все принадлежит государст­ву, трудно было понять моего собеседника. И вот спустя десятилетия и моя страна встала на путь рыночных отношений. И здесь собственники живут лучше, чем не владеющие ничем. Оказывается, такова природа капитализма. Теперь-то я понял моего собеседника-непальца.

Челночные истории

В лихие девяностые пришлось челночить и мне. Жизнь заставила. Прогорел в известном дефолте. Много ездил туда-сюда.

Стою как-то в Рубцовске – есть такая пограничная станция в Алтайском крае, где проходят и останавливаются поезда, следующие в Кыргызстан и обратно. Была пурга, ночь. Вдруг на стоянке такси подходит ко мне девушка-кыргызка лет чуть более 30. Она просит посадить в такси и сделать вид, что провожаю ее. Все пассажиры такси были мужчинами. Я согласился. Разговорились. Она из Ошской области. У нее трое детей. Везет огромные баулы на оптовый рынок в Новосибирск. «Между тем ее муженек в это время посапывает где-то в тепле дома», - подумал я. - Ах, как обмельчали наши джигиты!» Мне было искренне жаль эту молодую маму, взявшую бремя содержания своей семьи и своих детей.

Другой раз в этом же Рубцовске сижу в ожидании своего поезда в пристанционной забегаловке. Напротив сидит русский мужик среднего возраста. Разговорились. Он спрашивает, откуда я. После моего ответа, что я из Бишкека, он переходит, к моему изумлению, на кыргызский. И знаете, без единого акцента, на чистейшем кыргызском рассказывает о себе. Оказалось, что он из села Талды-Суу Тюпского района. Женился на девушке из Тюпа. У них есть дочь. Переехали в Рубцовск. Здесь его жена сошлась с другим. А его выдворили. Теперь он на улице. И документы потерял. Подрабатывает грузчиком на станции. Много помогает своим кыргызам. Они ценят его за знание языка. Вот так и живет наш земляк. Трогательная судьба нашего земляка – кыргызского русского. Я угостил его пивом. Как жаль, что не мог помочь ему больше ничем.

Я люблю разыгрывать людей. Вот и на автостанции в Новокузнецке в ожидании своего рейса встретил двух девушек-кыргызок, трудовых мигрантов. Притворился бурятом и стал расспрашивать их о Кыргызстане. Они с такой трепетной любовью, нежностью рассказывали о родной земле, об Иссык-Куле, о яблоках, о горных ущельях, о том, что их столица Бишкек - чудесный, красивый город. И что кыргызы гостеприимный народ. Они рассказывали наперебой, прерывая друг друга. В их рассказе я ощутил тоску по родному краю, по близким людям, по родителям и подружкам. Когда я их слушал, у меня слезы наворачивались на глаза. Ах, эта чертова судьба, ах эти проклятые власти, вынудившие своих людей скитаться по другим краям.

Печальные мои мысли были развеяны после признания, что я тоже кыргыз. Мы долго вместе смеялись над удавшимся моим розыгрышем. Я был рад, что хоть немного развеселил моих юных соотечественниц.

Позже в другом российском городе я встретил двух девушек-кыргызок. Пытался их разговорить. Но они бежали от меня. Их можно понять. Время сейчас тяжелое. В России участились мошенничества, грабежи, нападения кыргызов на кыргызов. В полицейских сводках это именуется этнической преступностью. Хочется кричать: «Эй, вы, кыргызы, куда скатились, той ли дорогой идете! Почему вы пожираете себе подобных? И не только там, на чужбине, но и на своей кыргызской земле?».

Поделится в
 
 
back to top

Случайные

Follow Us