Menu
imarat stroy
aiu kurulush

И снова о языковой политике

Не успела депутат Жогорку Кенеша Ирина Карамушкина только задать вопрос: «Почему бы не придать русскому языку статус государственного?», как на нее посыпался град критики со стороны коллег, а со стороны ура-патриотов куча оскорблений, вроде: «Не нравится – кати в свою Россию!» И без этих наставлений русскоязычное население Кыргызстана в большинстве своем давно покинуло страну, которую они так же, как кыргызы, считали своей родиной и не покладая рук трудилось на ее благо.

В настоящее время их осталось не очень-то много, и они готовы к отъезду. К этому подталкивают и обстоятельства. Так, с 1 января 2018 года все госслужащие в Кыргызстане должны будут сдавать обязательный экзамен по кыргызскому языку, и дело­производство будет переведено на государственный язык.

Хорошо это или плохо? Поразмышляем на эту тему и мы. Во-первых, реализация таких законов напрочь перечеркивает статус русского языка как официального, что закреплено в Конституции Кыргызской Республики. Во-вторых, перевод делопроизводства и осуществление служебной деятельности госслужащими только на кыргызском языке вызовет много сложностей. Прежде всего госаппарат вынуждено будет покинуть большинство русскоязычных специалистов. В их числе немало лиц нетитульной нации, да и самих кыргызов, окончивших русские школы. Они знают родной язык, но не владеют его канцелярской формой.

Инициаторы такого поспешного введения монополии кыргызского языка в жизнь страны явно спешат. Никто не отрицает важности роли государственного языка как символа суверенности. Но надо учитывать реалии и особенности языковой ситуации в Кыргызстане. А она такова, что в стране прочно утвердилось двуязычие. Более того, в настоящее время все больше родителей отдают своих детей в школы с русским языком обучения. А что делать с детьми миллионной армии кыргызских трудовых мигрантов, обучающихся в России и Казах­стане в таких же русских школах, если они вдруг захотят вернуться на родину? Что делать с теми госслужащими, которые зарекомендовали себя положительно, но единственная их вина в том, что они получили образование на русском языке? Хорошо, освободятся сотни и тысячи чиновничьих кресел! Но везде ли придет достойная замена? Может, тогда придется приглашать специалистов из-за рубежа...

Ура-патриотизм

Один «патриот», профессор-языковед, явно готовый даже к отмене статуса русского языка как официального, защищая языковые нововведения, аргументирует тем, что в Кыргызстане русских осталось всего шесть процентов. Послушать его статистическое обоснование, то выходит узбекский язык имеет больше шансов обладать каким-то статусом, ведь узбеков проживает в Кыргызстане почти миллион.

Интересно, знает ли профессор-статист, что роль русского языка не зависит от процента наличия русскоязычного населения в стране. Русский язык нужен не русским людям. Они знают его с рождения. Русский язык нужен, прежде всего, самим кыргызам как средство постижения знаний, как средство общения с внешним миром, как язык межнационального общения. Чтобы достичь тех результатов, которые дает кыргызам русский язык, нам надо пройти еще немалый путь. Советская власть приложила титанические усилия, создав кыргызскую письменность, заложив основы кыргызского языкознания, обучив в том числе таких профессоров, как указанный выше горе-языковед. Кыргызстан благодаря советской власти, интернациональной помощи прежде всего русского народа стал страной сплошной грамотности.

Смею утверждать, что даже и при отмене статуса русского языка как официального в республике его роль в жизни кыргызстанцев никто не сможет отменить. Или хотите заменить его на английский или китайский? Пожалуйста!

Давайте представим теперь, что в Кыргызстане напрочь запретили общение, учебу и делопроизводство на русском языке. Закрыли школы с русским языком обучения, изъяли в вузах все учебники на русском языке, прекратили радио и телепередачи на русском, все московские трансляции, запретили газеты и журналы. Что тогда? Может успокоятся тогда все доморощенные русофобы и националисты всех мастей?

Поразительно, можно привести примеры, когда противники русского языка сами своих детей обучают в русских школах! Вот такие у нас встречаются двойные стандарты ура-патриотов!

Жаль, что нет среди нас сейчас таких гигантов мысли, как Чингиз Айтматов, Азиз Салиев, Салижан Жигитов. Они бы дали достойный ответ своим соотечественникам, не с того начавшим борьбу за родной язык и его статус.

Еще раз повторю: русский язык нужен не русским, проживающим в Кыргызстане, а в первую очередь нам, кыргызам!

Кое-кто склонен считать, что одно только признание в отличие от других республик бывшего СССР в Кыргызстане русского языка официальным оскорбляет нашу страну и кыргызов. Но кто-либо подсчитывал плюсы от такого положения? Пострадали ли наши соотечественники от того, что в постсоветском пространстве кыргызы признаны наилучшими знатоками русского языка?

По поводу искусственного ускорения процесса внедрения языка титульной нации в жизнь казахского общества, где национальные взаимоотношения идентичны кыргызским, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев напомнил казахстанцам, что РК многонациональна и многоязычна. «Мы, как вам известно, определили в обучении трехъязычие, с этого не надо сходить. Министру культуры хочу сказать, что есть закон, но некоторые чиновники хотят забежать вперед и заставить всех говорить на казахском. Я заметил, что есть такое, когда человек на русском языке обращается, то ему ответ дают на казахском. Куда прокуратура смотрит? Если гражданин обратился на русском, значит, ответ должен быть предоставлен на русском! Того, кто отвечает на казахском тому, кто спрашивает на русском, уволить показательно!» - жестко высказался президент. Разве он не прав?

Как там у других?

Не для того чтобы рассмотреть возможность придания русскому языку в Кыргызстане статуса государственного языка, а для успокоения ложной гордости ура-патриотов приведем данные по международной практике языкового устройства. В полуторамиллиардной Индии государственными языками являются языки хинди и английский. В 200-миллионном Пакистане – языки урду и английский, в 150-миллионном Бангладеш бенгальский и английский, в 100-миллионных Филиппинах – пилипино и английский, а в Нигерии с населением в 180 миллионов английский признан единственным официальным языком, в 80-миллионном Конго официальный язык французский. Можно привести десятки других примеров в странах с меньшим населением, где государственными языками наряду с языком титульной нации являются английский, французский, португальский языки. Таковы исторические судьбы народов, взаимоотношений бывших метрополий с бывшими колониями. Но я не думаю, что такое сосуществование двух, а то и трех языков мешает национальному развитию народов этих стран. Трудно представить в индийском парламенте и в среде интеллигенции протесты против английского языка. Ведь благодаря английскому языку индусы считаются лучшими в мире знатоками новейших информационных технологий, они также блестящие знатоки английской литературы, много англоязычных писателей и ученых. Что в этом плохого? Но никто в этой стране не ущемляет интересы родного языка – хинди. Языки хинди и английский успешно сосуществуют, благотворно взаимообогащаются.

В Кыргызстане отдельные борцы за чистоту кыргызского языка успели искусственно напридумать слова «тик учар», «сыналгы», «щналгы», обозначающие слова «вертолет», «телевизор», «радио». Теперь осталось найти замену словам «спутник» и «компьютер». А что если нашему примеру последуют ученые-русоведы и начнут искать и возвращать исконно русские слова? По оценке отдельных специалистов, русский язык состоит на 80% из слов других языков, в том числе в нем немало тюркизмов. Им теперь надо плакать и брать пример с наших так называемых «борцов за чистоту кыргызского языка»?

Ясное дело, в языковой политике перед отечественными ура-патриотами маячат примеры другого рода. Это языковая политика в бывших прибалтийских советских республиках и на Украине, например. Но тамошняя языковая политика ущемляет права национальных диаспор в этих странах и она осуждается цивилизованным сообществом стран мира. И насколько их политика отвечает интересам тех же украинцев и прибалтов, это еще большой вопрос. Поэтому депутатам Жогорку Кенеша, а не только нашим ура-патриотам следует выбирать, по какому пути в языковой политике нам следует идти, с кого брать пример.

Нельзя не согласиться с мнением профессора Кыргызско-Турецкого университета «Манас» Алмаза Акматалиева, что «нынешняя ситуация в языковой сфере, к сожалению, все больше и больше политизируется и становятся реальным потенциальным источником угрозы хрупкой межнациональной стабильности».

Поделится в
 
back to top

Случайные

Follow Us