Menu
imarat stroy
aiu kurulush

Сказка о «Красной Шапочке»

С первого дня их знакомства в Москве, в театре, Надя стала называть Баялы Борисом.

 

…Услышав, наконец, стук в стенку из соседней камеры, Надежда, запрыгнув на узкий подоконник, полезла на решетку.

- Исакеев!- закричала она. Он растерянно оглянулся. - Боря, я здесь! - закричала Надежда еще громче. Он увидел ее за решеткой окна. Конвоир ударил его в затылок и потащил за собой.

Ее сразу перевели в другую камеру.

В квартире на Арбате, в самом центре Москвы, они оставили только мебель.

В поезде Москва - Фрунзе им с мамой, Еленой Николаевной, выделили специальный правительственный вагон и Надежда не волновалась за ценные картины известных художников прошлого века, шкатулку с мамиными золотыми вещами. И за семейную реликвию – альбом с фотографиями выпускников медицинского факультета Московского университета 1884 года. На одной из фотографий молодых уездных врачей ее отец, Дмитрий Щеглов, рядом с Антоном Чеховым.

Свадьбу сыграли в 1934-м в Москве. Почетный гость – Михаил Иванович Калинин, председатель ЦИКа СССР сидел за столом рядом с Баялы Исакеевым. Председатель киргизского правительства женился на заведующей отделом Госплана СССР. Счастливая Надежда не мешала разговору Михаила Ивановича с Баялы, она танцевала с Николаем. Он подружился с Баялы, приезжал потом к ним во Фрунзе, на Иссык-Куль, где впервые в жизни увидел черных лебедей. Николая Ивановича Бухарина, главного редактора газеты «Известия», автора сталинской Конституции, арестуют через три года, расстреляют – через четыре, в марте 38-го.

Весной 37-го Надежда отправила Баялы в Москву, где он был в командировке, срочное, тревожное письмо. Просила быстрее приехать. Но он не хотел ничему верить. Ни «разным разговорам», которые поползли отовсюду, ни во «вредительство» своего заместителя Щербакова, арестованного накануне. Он не согласился на предложение Надежды отправить Елену Николаевну с Ларочкой – дочерью Исакеева и его первой жены Муслимы Байгалиной, в Москву.

Девочка проснулась от шума. Уже светало. На полу были рассыпаны новогодние игрушки. Счастливый детский смех звенел над опечатанной дальней комнатой, куда семеро в форме внесли часть вещей - согласно составленной описи. Самые ценные вещи, шкатулку Елены Николаевны чекисты взяли с собой. Среди других дорогих украшений в ней была брошь с изумрудным глазком, подаренная Наде отцом, и обручальное кольцо, подаренное им Елене Николаевне в день свадьбы.

Звенел детский смех над первыми лучами солнца, которые легли на дерево под окном, над игрушками, с которыми радостно играла четырехлетняя Ларочка. Дочь своевременно разоблаченного, уже исключенного из партии, уже арестованного «врага народа»- бывшего Председателя Совета народных комиссаров Киргизской ССР Исакеева Баялы Дикамбаевича, 1897 года рождения, киргиза.

Обыск шел всю ночь. 10 сентября 37-го Надежде Щегловой исполнилось 45. Она была старше Баялы на пять лет. Она приготовила праздничный ужин, ждала Борю.

Дверь открылась неожиданно. Семеро в форме были очень уверены. Один из них показал Щегловой ордер на арест. Когда Надежду повели к «черному ворону» и домработница Нюся завыла в голос, Елена Николаевна потеряла сознание. Только Ларочка махала Наде ручкой и, смеясь, громко кричала: «Пока-пока»!

Они встретятся только через 20 лет. Ларисе Исакеевой будет 24, Надежде Дмитриевне Щегловой – 65.

…Их выселили из дома. Дом опечатали. Елена Николаевна дала телеграмму в Алма-Ату, матери Ларочки Муслиме. Вскоре Муслиму арестуют, она умрет и братья матери отдадут Ларочку в Каскеленский детский дом.

…В тот сентябрь 37-го в длинную очередь у ворот по Садовой (сейчас - Панфилова) каждый день вставали пожилая русская женщина и маленькая девочка-киргизка. Когда, наконец, они доходили до всегда закрытых ворот, часовые гнали их прочь. Тогда женщина брала девочку за руку и они медленно шли вдоль высокого забора, опутанного колючей проволокой, мимо часовых на вышках. Каждый день - по бессмысленному кругу. С Садовой - по Демьяна Бедного (Токтогула), потом - по Больничной (Логвиненко), потом - по Калинина (Манасчи Сагымбая). И снова по Садовой - к всегда закрытым воротам тюрьмы №1. Елена Николаевна Щеглова потеряла дочь и зятя. Ларочка Исакеева – папу и маму. Это слово сказала девочка Наде, впервые ее увидев.

Только в 57-м Лариса узнает - кем был ее отец, и что у нее в Москве есть мама, Надежда Дмитриевна Щеглова, которая ищет ее долгие годы. И полетел из Москвы в Киргизию первый конверт:

 

- Если после того, как ты прочтешь эти письма, узнаешь – как это было, и, считая меня за мать, захочешь поддерживать связь – напиши, дочка… Я готова для тебя сделать все…

- На торжестве по случаю 40-летнего юбилея Киргизии сомневаюсь, что вспомнят имя твоего отца. …Он работал, не жалея себя. Занимался всеми вопросами республики,… еле добирался до дома без сил даже поужинать. Я всегда ждала его, не смыкая глаз, прислушиваясь к шороху. Ты спала. Эти моменты были самыми счастливыми часами нашей жизни, наших встреч.

 

Она знала о Баялы все. Ему было 19, когда вместе с другими участниками восстания 16-го года, он был вынужден бежать в Китай. От сторожа конно-почтовой станции - до председателя Совета народных комиссаров Киргизской республики – двадцать лет. Трехлетнему Баялы из недалеко от Кочкорки села Укок, отца заменил дедушка Исаке. Курсы уездных партработников в Москве, газета «Эркин-Тоо», редактором которой его назначили в 27-м. Председатель Совнаркома Киргизии - в 33-м.

Его арестовали в один день с Надеждой, в ее день рождения – 10 сентября 37-го. Сразу после заседания Бюро ЦК. По надуманному обвинению в принадлежности к контрреволюционной Социал-Туранской партии.

Его арестовали в один день с Надеждой, в ее день рождения – 10 сентября 37-го. Сразу после заседания Бюро ЦК. По надуманному обвинению в принадлежности к контрреволюционной Социал-Туранской партии.

31 июля 1937-го Политбюро ЦК ВКП(б) во главе с товарищем Сталиным утвердило приказ № 00447, представленный народным комиссаром внутренних дел СССР Николаем Ежовым, - «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов». В СССР начинался Большой террор. Он требовал ускорения чистки партийного и государственного аппарата. В конце августа, начале сентября газета «Правда» потребует усиления борьбы с «буржуазными националистами и двурушниками» в Киргизии.

2 сентября на платформу железнодорожного вокзала во Фрунзе вышел военный в звании полковника. Он был назначен в Киргизию наркомвнуделом СССР товарищем Ежовым. Который удостоил полковника высокой чести и доверия, «выдвинув наркомом внутренних дел Киргизии». Бывший начальник оперотдела из НКВД Казахстана Иван Петрович Лоцманов приехал в Киргизию работать. Работы предстояло много.

…Среди тех, кого Баялы Исакеев лично пригласил работать в Киргизию были композиторы Владимир Власов и Владимир Фере. В 37-м зрители Киргизского музыкально-драматического театра увидели и услышали их работу - первую музыкальную драму «Алтын кыз», через год - музыкальную драму «Аджал ордуна» (совместно с композитором Малдыбаевым). С ним же - и первую киргизскую оперу. «Айчурек» зазвучит со сцены через год после расстрела Исакеева.

 

- На каком курсе, по какой профессии учишься, как решаются вопросы стипендии, квартиры? На каких инструментах играла в музыкальной школе? Может быть, ты пела? Если ты захочешь полностью посвятить себя музыке, обратись к Владимиру Александровичу Власову или к Владимиру Георгиевичу Фере. Достаточно назвать кого-нибудь из нас с отцом. Они очень давно были нашими хорошими друзьями. Позже, когда я и Борис были арестованы, от страха отвернулись…

 

Спустя годы, в Москве, на концерте в Большом зале консерватории, Надежда увидела Власова с женой, Ниной Борисовной. Она не смогла подойти к ним. Не смогла сказать «здравствуйте».

С кем сидела Надежда Дмитриевна? С Карпенко Александрой Владимировной, арестованной 8 ноября 37-го? С Масловой-Маринской Юзефой Зиновьевной, арестованной 9 октября? С Петровой Валентиной Генриховной, арестованной 20 ноября? У них не указана статья обвинения, нет санкции прокурора на арест.

58-я, «расстрельная» статья Уголовного кодекса Российской Федерации была у Аникиной-Буневич Славы Поликарповны, Бурдиной Галины Степановны, Березиной Анны Макаровны, Барановой Варвары Васильевны, Кудояровой-Зайцевой Софьи Поликарповны, Сажиной Валентины Владимировны, Старцевой Татьяны Михайловны. 58-я, пункты 6 и 10: шпионаж, антисоветская пропаганда или агитация.

В списке арестованных Фрунзенской тюрьмы №1 от 5 февраля 1938 года фамилия «Щегловой Надежды Дмитривны» - 178. Потом порядковый номер, напечатанный на машинке, был исправлен чернилами на «188». То ли торопились и обсчитались. То ли 10 новых «врагов народа» - без статей и санкций увеличили контингент уже сидевших.

На листе формата А-З – 42 фамилии. Щеглова - вторая снизу. После нее - Шумков Дмитрий Сергеевич. За семь фамилий до нее - Токомбаев Али. А потом - Цой-Сик, Цукерман Исаак Александрович и Чон-Чин-Си. Вторым в этом списке - Ахунбаев Иса, четвертым - Айдарбеков Иманалы.

Осень и зиму 1937-го, весну 1938-го Надежда просидела сначала в одиночной камере, потом - в общей.

…Деревянная, старая дверь камеры, где она сидела раньше, выходила во двор и сквозь щель можно было видеть, как через двор конвоиры ведут на допрос заключенных. Среди них было много женщин. Эсенаманова и Жусупа Болотова, которые часто бывали в их доме, Надежда узнала с большим трудом.

 

- После 9 месяцев в тюрьме, 19 мая меня перевели в подвал НКВД в центре города. В мрачном кабинете сидели двое неприятных следователей. Один из них некто Седошкин. …Неожиданно дверь открылась, ввели твоего отца. Мне показалось, что это не человек, а призрак. Передо мной стоял худой мальчик лет 13-14. Самое худшее – он показался мне сумасшедшим.

- Боря, Ларочку увезли в Алма-Ату. Он говорит: - Надечку увезли.- Нет. Надечка – вот я. Ларочку увезли. Я поняла – он все путает из-за продолжительных, тяжелых пыток. Он то приходит в себя, то теряет рассудок. Не выдержав, я заплакала. А он, медленно достав платочек из кармана, подошел ко мне и сказал: - Не плачь, Наденька. Наша справедливая власть все рассудит. И, обращаясь к следователям, сказал: она не имеет отношения к моему делу.

 

Подвал НКВД в центре города остался не только в памяти уже ушедших людей и тех, кому успели о нем рассказать. В подвале известного на всю республику исторического здания Дома дружбы на Чуйском проспекте нашему государству давно пора открыть Музей памяти жертв политических репрессий. А рядом установить черный Чон-Таш - Большой Камень. В память о 43-х тысячах человек, репрессированных в Киргизии в годы сталинизма.

Те, кого не успели расстрелять за год Большого террора, смогли выйти на свободу весной 39-го. Следующий нарком внутренних дел СССР - Лаврентий Берия был призван партией восстановить социалистическую законность, устранить извращения и перегибы в деле арестов и ведения следствия.

...Надежда разучилась ходить. Но смогла из колонии в Молдовановке добраться до Фрунзе. От улицы Сталина она шла по Краснооктябрьской вверх, до Энгельса. На углу по-прежнему стоял их дом – крепкий, надежный барак. Только уже не было будки у ворот и милиционера тоже не было. В их доме жили незнакомые люди.

Надежда зашла к соседям. Они сделала вид, что ее не знают. Она увидела у них свои вещи. Как-то ночью у Елены Николаевны из-под головы вырвали даже подушку. Мать жены «врага народа» - что с ней церемониться? Елена Николаевна вернулась в Москву одна.

 

…- Моя маленькая, сожги мое письмо, после того как прочтешь. Тебе станет легче. Ради отца, ради его памяти, ты должна была узнать всю горькую правду.

…- Ларочка! Я не могу рассказать, что было после этого в тюрьме. У меня нет и права это рассказать.

…- Прошу, никому не давай прочитать это письмо! Только у нас с тобой есть право говорить о твоем отце.

 

Страх вошел в ее мозг, в подсознание. Казалось – остался на всю жизнь.

Она уже знала - как далеко от клеветы до правды, о справедливости стала говорить «несуществующая». - Все силы уходили на слезы, - скажет она потом.

Но, вернувшись в Москву, она отправила жалобу наркому внутренних дел СССР Лаврентию Павловичу Берии. Она ходила к Бутырской тюрьме, расспрашивала о Баялы. В комнате коммунальной квартиры шила детские игрушки, продавала их на улице в лютый мороз и посылала деньги на имя Исакеева Б.Д в Бутырку и во Фрунзе, в тюрьму №1. Деньги возвращались назад.

В 44-м умерла Елена Николаевна. Некому стало выключать большую черную «тарелку» на стене. Когда по радио, в передаче для детей, начинался спектакль «Красная шапочка». Сказка про смелую девочку и страшного серого волка, которая так нравилась Ларочке, которую она слушала, сидя на полу, на медвежьей шкуру. Сказка рвала душу. Глядя на дочь, Елена Николаевна всегда выдергивала провод из розетки.

Умер Сталин. Хрущев с трибуны ХХ съезда КПСС прочел доклад о культе личности. Надежда Дмитриевна обратилась в Верховный суд СССР с просьбой о пересмотре дела Исакеева Баялы Дикамбаевича. Накануне 1957-го ее пригласили в приемную Верховного суда. И хотя соседка по камере, узнав от других заключенных, сказала ей, что Баялы был расстрелян 5 ноября 1938 года в той же тюрьме, Надежда верила, что он жив. И его тоже скоро отпустят. «Военной коллегией Верховного суда Союза ССР Исакеев Баялы, приговорен к высшей мере наказания. Реабилитирован посмертно» - было напечатано в справке, которую ей дали.

А потом, в Алма-Ате, она найдет, наконец, свою Красную Шапочку - Ларочку, дочь родного Баялы.

Поделится в
 

Из последнего опубликованного Прочие авторы

back to top

Случайные

Follow Us