Menu

sf building 15x7

От музыки я до сих пор получаю удовольствие

Престиж профессии и непререкаемый авторитет дирижера в любом музыкальном коллективе первостепенен. Еще бы, управлять целым оркестром и объединять его участников в единое целое дано не каждому. Человек, стоящий за пультом в оркестровой яме, всегда на виду, на него устремлены сотни глаз зрителей.

Наш сегодняшний собеседник – главный дирижер Национального академического театра оперы и балета им. А. Малдыбаева Нурматбек Полотов. Несмотря на постоянную занятость, маэстро согласился уделить нам немного времени.

Встреча с ним была назначена всего за несколько часов до представления, в самый канун старого Нового года. Именно в этот вечер на сцене звучала волшебная музыка П. Чайковского. Гости в зрительном зале смогли приобщиться и насладиться новогодней сказкой-балетом «Щелкунчик».

– Человек в любом возрасте верит в чудо. В праздничные дни это ощущается особо. Если бы у вас сейчас появилась возможность загадать желание, что пожелали бы себе?

– Здоровья себе и близким и никогда не останавливаться на достигнутом. Дирижер не только первоклассный музыкант, но и наставник. В нашем цеху, как и в любом творческом коллективе, существует не класс педагогики, а мастерские. Наша задача – разглядеть в начинающем музыканте его талант. Мне нет еще и пятидесяти лет. Знаменитый советский дирижер Юрий Темирканов говорил: «Не каждый стоящий за пультом – дирижер». И не всякий музыкант может овладеть нашей профессией. Как правило, маэстро становятся люди во второй половине жизни, более мудрые и сдержанные.

– Давайте вернемся на много лет назад. Каковы были ваши первые шаги в музыке?

– Я хорошо помню, как в детском саду воспитательница предложила нам поиграть на игрушечных музыкальных инструментах. До сих пор не прошло то удовольствие, которое я получил при нажатии на клавиши тогда, в четыре года. Особенно понравилось совместное исполнение музыки с другими детьми. Потом была музыкальная школа имени Шубина.

Родился я в творческой семье. Поэтому занятие музыкой было предопределено изначально. Мой папа, народный артист КР Улукмырза Полотов, всю жизнь проработал в государственной филармонии. Мама – медицинский работник. Еще в начальных классах отец,уезжая на очередные гастроли, попросил ее отвести меня в музыкальную школу. Он непременно хотел видеть сына выдающимся пианистом. В учебном заведении желающих научиться играть на фортепиано оказалось очень много. Маму стали уговаривать отдать меня на духовое отделение. Ее клятвенно заверили, что в процессе обучения я прекрасно овладею не только кларнетом, но и фортепиано. У родителей в комнате стояло пианино. Я часто садился за него и на слух подбирал знакомые мелодии.

Хочу заметить, что я никогда не был «ботаником». Образ очкарика со скрипкой в руках мне явно не подходил. Как все сверстники, играл в футбол, зимой – в хоккей. По-настоящему счастливым человеком в мире музыки я почувствовал себя после того, как постиг нотную грамоту. Теперь я мог спокойно играть свои любимые произведения в оригинале. Это была не только современная музыка, но и классика. У папы была хорошая коллекция пластинок знаменитых оперных певцов. Оркестровый звук с детских лет вызывал в моей душе трепет. Именно тогда я осознанно влюбился в музыку.

По словам нашего собеседника, серьезный выбор ему пришлось сделать после окончания восьмого класса. Подростку надо было определяться: идти в девятый класс или пойти учиться в училище им. Куренкеева. Окончательную точку в этом споре снова поставил отец. Он сказал, что дети должны слушаться своих родителей и посоветовал поступить в музыкальное училище.

Музыкальная жизнь захлестнула Нурматбека с новой силой. Именно в стенах этого учебного заведения ему впервые посчастливилось попробовать себя в качестве дирижера.

– У нас, духовиков, в отличие от скрипачей и пианистов, была дисциплина «оркестровое дирижирование». Наш педагог Юрий Кузнецов служил в Панфиловской дивизии и руководил там оркестром. Этот человек стал для меня живым примером. Он первым посоветовал мне попробовать себя в этой профессии. Но, честно признаюсь, об этом я тогда не задумывался. Музыка полностью захватила меня. Играть на кларнете я мог сутками. В юношеском возрасте верил, что, как встретишь новогодние праздники, так и проведешь весь год. Поэтому перед самым боем курантов брал в руки свой инструмент и начинал играть, – вспоминает Нурматбек Полотов.

В 1991 году после окончания училища наш собеседник поступил в национальную консерваторию. После окончания первого курса лучших студентов отправили в Москву на стажировку. Столица России запомнилась ему своим величием и масштабом.

– Нас поселили в общежитие консерватории. Поразило, что сутками во всех комнатах студенты занимались и репетировали. На сон они отводили всего несколько часов. Я понял: чтобы стать хорошим музыкантом, нужно много работать. Меня приглашали остаться продолжать учебу в Москве, но не получилось, – говорит маэстро.

После возвращения из Москвы Нурматбек головой ушел в занятия музыкой. Потом пришел в театр. Начались трудовые будни.

– В оркестре я почти восемь лет играл на кларнете. В коллективе были маститые музыканты и молодежь. Но полного единства в нашем коллективе тогда не было. Только став главным дирижером, я добился положительных сдвигов в этом направлении. Глубоко убежден, что, не создав в коллективе настоящего творческого климата, невозможно добиться нужного результата. Метод кнута и пряника не работает. Первый уже давно выброшен на свалку, а вместо пряника – манная каша.

Существует прочно укоренившийся штамп, что дирижер должен быть в первую очередь диктатором. Эта эпоха ушла. Попытка таким способом управлять музыкальным коллективом заранее обречена на провал. Дирижера просто снесут. В век высоких технологий люди начнут трубить во все инстанции. К мнению большинства прислушаются.

Мы спросили у Нурматбека Улукмырзаевича об особенностях его профессии.

– Одна из больших проблем нашего оркестра – это отсутствие профессиональных инструментов. Все они были изготовлены в уже несуществующих на сегодня странах – ГДР, СССР, Чехословакии. Поэтому сполна отработали свое. Пару лет назад к нам приезжал известный дирижер из Москвы. Мы показали наши инструменты. Его удивлению не было предела. Он сфотографировал их как раритеты, чтобы показать дома друзьям.

Подчинить весь коллектив одной идее всегда очень сложно. При исполнении любого произведения оркестр должен стать единым целым. И я, как профессионал, хочу этого добиться. Музыкантам мешают сосредоточиться многие вещи: быт, личные проблемы, маленькие зарплаты. Все эти жизненные минусы мне также необходимо брать в расчет. Так думаю не только один я. Недавно по телевизору смотрел интервью с мировой знаменитостью в мире музыки Валерием Гергиевым. Этот человек в год дает по 800 концертов на всех континентах. Ему задали вопрос, о чем он мечтает. Мне представлялось ,что он хочет сольный концерт на Луне или открытие очередного филиала Мариинского театра. Его слова меня поразили. «Я хочу верить в людей, у которых идеи схожие с моими. Тогда в моем оркестре единомышленников будет больше, чем сейчас», – ответил он.

Сегодня у заслуженного артиста КР Нурматбека Полотова и его супруги Айканыш растут продолжатели семейной традиции. Дочери Бермет пока 11 лет. Она серьезно занимается музыкой, учится играть на фортепиано. Жена, заслуженная артистка КР – профессиональная пианистка. Она, как никто другой понимает проблемы людей искусства.

– Мой однокурсник много лет назад предложил мне сходить на концерт начинающей пианистки. Наши места были далеко от сцены, сидевшую за инструментом девушку я практически не видел. Меня заворожила ее игра. Но познакомиться с Айканыш я тогда не решился. Через несколько месяцев, рассматривая фотографии у отца, обратил внимание на групповой снимок его студентов. Рядом с ним сидела та самая пианистка. Так мы познакомились и стали встречаться. Вместе мы уже почти четверть века. У нас уже трое детей, – рассказывает наш собеседник.

Время пролетело незаметно. До начала балета «Щелкунчик» осталось полчаса. На прощание корреспондент «Мегаполиса» пожелал маэстро хорошего вечера.

 

Поделится в
 
back to top

Случайные

Follow Us