Menu
sf building 18x7 1

О том, как пытают и как пытаются

А знаете ли Вы, что в 2013 году количество пыток и жестокого обращения по стороны сотрудников правоохранительных органов Кыргызстана по сравнению с 2011 и 2012 годами не уменьшилось?

Я не знала. Более того, к своему стыду, я наивно полагала, что пытки – это атрибут Средневековья и к современному Кыргызстану имеет крайне опосредованное отношение. Оказалось все совсем не так. Мне повезло, и я ни разу не попадала еще в места, где активно практикуют эти самые пытки. Но глаза мне открыл некий отчет о результатах мониторинга по соблюдению прав человека на свободу от пыток и жестокого обращения в ИВС, СИЗО, психиатрических и детских учреждениях, презентованный 11 декабря на круглом столе в Бишкеке.

Я не знаю, как на обычном и мирном круглом столе, уставленном бутылочками с минеральной водой и стаканчиками, можно было спокойно презентовать те ужасы, о которых шла речь в отчете.

В нем говорилось, что мониторинговыми посещениями были охвачены 47 ИВС органов внутренних дел и 4 СИЗО Государственной службы исполнения наказаний. Общее количество посещений составило 432. Было проведено интервью с 704 заключенными.

В результате выяснилась следующая устрашающая картина. 90,4% из числа опрошенных заявили о применении к ним пыток со стороны сотрудников милиции с целью принуждения к даче признательных показаний. Остальные 10%, по-видимому, признавались по принципу «не надо, я сам». При этом, обратите внимание, что опрошено было только 704 человека. В действительности, никаких мониторинговых сил не хватит на то, чтобы опросить поголовно всех узников мест содержания под стражей.

В 1996 году наша страна присоединилась к Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, принятой 10 декабря 1984 года в Нью-Йорке.

То есть, как минимум, с 1984 года в мире и с 1996 года в Кыргызстане известно о том, что никакие исключительные обстоятельства, какими бы они ни были,будь то состояние войны или угроза войны, внутренняя политическая нестабильность или любое другое чрезвычайное положение, приказ вышестоящего начальника или государственной власти, не могут служить оправданием пыток.

А вот наши правоохранительные органы почему-то остались в доисторическом времени и ничего об этом не знают, полагая, что кривая раскрываемости преступлений или личное продвижение по службе может являться достаточным основанием для применения пыток.

Кроме того, указанный отчет невероятно поразил меня каким-то холодным, равнодушным перечислением этих самых пыток. В нем говорится: «По сравнению с 2012 годом способы пыток остались неизменными – избиение, одевание пакета и противогаза на голову, раздевание догола, подвешивание за руки на длительное время, введение иголок под ногти, применение электрошокера, приковывание наручниками, удушение руками, психологическое давление, унижение словами». При этом, мониторинговыми группами документированы ранее не встречавшиеся методы, такие как закапывание в снег, оставление раздетым на морозе, утопление в ванной.

Конечно, в фантазии наших милиционеров сомневаться не приходится. Меры пыток перечисляются как, к примеру, меры наказания, установленные уголовным кодексом, или меры ограничения, предусмотренные процессуальным законодательством, просто и обыденно. Как будто нет ничего более естественного, чем, поместив человека в места содержания под стражей, надевать на него противогаз, приковывать наручниками, удушать руками и совершать прочие мерзости, которые не должны укладываться в голове нормального человека. Если все заключенные в один голос (а 90,4% можно считать одним несчастным, надрывным голосом), заявляют о применении пыток, это означает, что вся система органов внутренних дел и исполнения наказаний наводнена умалишенными людьми, которых самих нужно срочно изолировать от общества, да подальше, да поглубже.

И вот что еще напрягает меня, как гражданина - этот пресловутый неправительственный сектор. Который, сформировав такой кошмарный отчет, преспокойно презентовал его на белом полотне и разошелся по домам – пить чай и смотреть телевизор.

И, насколько я поняла, каждый сам за себя. Пока ты не попал в СИЗО или ИВС, ты –человек, пусть с натяжкой, но имеющий хоть какое-то подобие прав и свобод. Как только тебе не повезло, и ты, даже будучи самым отъявленным преступником на свете, оказался во власти милиционеров и становишься объектом их пыточного посягательства. И никто и ничто тебя от этого не защитит. Никакая конвенция и никакой мониторинг. Такой отчет, может быть, лучшее профилактическое средство в борьбе с преступностью, которая должна, как мне кажется, сойти на «нет» под страхом применения пыток. Так что, уважаемые читатели, хорошо подумайте, совершать ли вам преступления, оказываясь тем самым в орбите внимания сотрудников органов внутренних дел.

Поделится в
back to top

Случайные

Follow Us