Menu
imarat stroy
aiu kurulush

Смертная казнь: За и против!

В сообществе республики вновь поднимается вопрос о введении института смертной казни в Кыргызстане. Напомним, в прошлом году после серии резонансных убийств депутат Жогорку Кенеша от фракции СДПК Мамытбай Салымбеков предложил вернуть высшую меру наказания в виде смертной казни.

«Все чаще появляется информация об убийстве людей с особой жестокостью, детей, о фактах педофилии. Недавно в Бишкеке убили девушку и расчленили ее. Я предлагаю применять к таким преступникам смертную казнь. Надо перестать относится гуманно к людям, позволившим себе пойти на такое деяние. Надо начать думать о родственниках тех, кто стал их жертвами. Необходимо выслушать мнение граждан по данному вопросу и принять соответствующее решение», - заявил тогда депутат на пленарном заседании парламента.

Сегодня после шокирующего факта насилия над маленьким ребенком, который с 10 января и до сих пор находится в отделении реанимации детской больницы, в обществе вновь поднимается вопрос о возвращении смертной казни. Гражданские активисты составили петицию на имя Президента КР, в которой говорится о необходимости внесения поправок в законы КР - вернуть высшую меру наказания, а так же введение химической кастрации осужденным за педофилию.

Мы провели небольшой опрос и поинтересовались у респондентов их отношением к смертной казни.

Дастан Бекешев, депутат Жогорку Кенеша:

«Отвечу как юрист: Конституцией смертная казнь отменена, в нее нельзя вносить изменения до 2020 года. Тогда можно будет об этом подумать исходя из того, какие у нас к тому времени будут суды и следствие. Пожизненное лишение свободы без права помилования – это было бы справедливее. Смертной казнью такие преступники легко отделаются. На самом деле пожизненное лишение свободы – более чем строгое наказание, чтобы человек понял, что он совершил тягчайший поступок в своей жизни, почувствовал всю не комфортность пребывания в неволе, тем более при нынешних условиях в закрытых учреждениях».

Александр Зеличенко, директор центра наркополитики Центрально-Азиатского региона, кандидат наук, полковник милиции службы наркоконтроля в отставке:

«Если говорить о возвращении смертной казни, то необходимо ставить вопрос о возврате института смертной меры наказания в целом, а не только в отношении педофилов. Помимо них есть серийные маньяки и убийцы, которые ничуть не лучше. Как обыватель, я не желаю преступникам смерти, поскольку я не жестокий человек. Государство должно оградить нас от того, кто совершил тяжкое преступление так, чтобы мы больше никогда не увидели его, не встретили его. Но наше государство не в состоянии этого обеспечить: побеги, сокращение сроков по амнистии, болезни, и в результате особо опасные преступники вновь оказываются на свободе. В таком случае смертная казнь нужна, чтобы обезопасить общество. Но учитывая состояние судебной системы на сегодняшний день, могут казнить невиновного.

В нашей стране самое высокое количество приговоренных к пожизненному лишению свободы во всем СНГ. Если брать в соотношении на 100 тысяч населения, то в КР в разы больше, чем в России и Таджикистане. Выходит, что судьи всем подряд выносят пожизненные сроки, раз уж нет смертной казни. Они боятся дать даже 20 лет тюрьмы, потому что нет гарантии, что через короткое время он не выйдет. А на ПЛС не распространяется УДО и амнистии. Упор надо делать на то, насколько государство сможет обеспечить социальную защиту своих граждан, не вводя смертную казнь».

Анастасия Волосатова, адвокат:

«Как адвокат могу сказать, что смертная казнь – это не гуманно, и пожизненное заключение как высшая мера наказания более правильная с точки зрения юриспруденции. Тогда в данном случае необходимо перевести таких заключенных на самообепечение – пусть работают и приносят государству и обществу пользу и таким образом искупают свою вину. Но, принимая во внимание реалии нашей сегодняшней жизни, думаю пора возвращать высшую меру наказания, поскольку зачастую, совершившие тяжкие и особо тяжкие преступления не несут наказания адекватного их преступлению. А иной раз и вовсе избегают его».

Елена Авазова, мать убитого студента, ценой жизни которого оказался ноутбук:

«Безусловно, я за смертную казнь. Убийца, отнявший жизнь моего сына, должен расплатиться своей. Почему он посчитал себя вправе убить моего сына? Он не раскаялся, более того пытается избежать назначенного ему судом наказания. Его вина полностью доказана, но так как работает наша судебная система, где гарантия того, что через пару лет Безродний не окажется на свободе и не убьет еще кого-нибудь?»

Наталья Обухова, мать Елены Обуховой, зарубленной топором без каких-либо причин:

«Однозначно, за смертную казнь! Убийца моей дочери и ее подруги, получивший пожизненный срок лишения свободы жив, здоров. Когда я вижу его на суде, у меня перед глазами встает картина, как он убивал мою дочь! Ни грамма раскаяния или сожаления в его глазах, на вопросы в суде отвечает по-хамски, ведет себя вызывающе. Почему он живет? Для чего? Так и будет сидеть на шее государства!»

Владимир Плужник, Правовой Центр «Вигенс»:

«Последнюю неделю остро обсуждается в обществе необходимость введения смертной казни в Кыргызстане. Согласно Конституции этот вид наказания у нас запрещён. Поэтому, чтобы изменить основной закон страны в этой части, необходимо ТОЛЬКО проведение референдума, поскольку иначе положения Конституции по смертной казни не меняются. Инициатива проведения референдума принадлежит Президенту КР, не менее чем 300 000 граждан КР, большинству от общего числа депутатов ЖК КР. Поэтому, чтобы провести референдум, это решение должны принять либо Президент, либо депутаты, поскольку как показывает опыт 300 000 подписей собрать не получалось никому. Народ часто высказывается за какие-то инициативы, а проявлять практическую инициативу не хочет...»

Не могли мы обойти стороной и не поинтересоваться мнением религиозных концессий на вопрос отношения их к смертной казни.

Глава РПЦ в Кыргызстане владыка Даниил озвучил отношение христианства к смертной казни как негативное:

«Смертная казнь – это не выход, человек должен понять, раскаяться в преступлении. Кроме того, пожизненное наказание в виде лишения свободы является более тяжким. Человек чувствует себя обреченным, он знает, что не выйдет на свободу, дни его однообразны и унылы, есть время и возможность покаяться в своих грехах. Если вспомнить время инквизиции, когда католическая церковь принимала участие в казнях, то не стоит забывать о том, что в то время церковь поддерживала интересы государства, не более».

«Смертная казнь – это не выход, человек должен понять, раскаяться в преступлении. Кроме того, пожизненное наказание в виде лишения свободы является более тяжким. Человек чувствует себя обреченным, он знает, что не выйдет на свободу, дни его однообразны и унылы, есть время и возможность покаяться в своих грехах. Если вспомнить время инквизиции, когда католическая церковь принимала участие в казнях, то не стоит забывать о том, что в то время церковь поддерживала интересы государства, не более».

Кадыр Маликов, директор независимого аналитического центра «Религия, право и политика», говорит о том, что смертная казнь прописана в Коране, при условии прозрачности и четкости доказательной базы:

«В одном из аятов Корана написано «Поистине в справедливом возмездии есть жизнь (безопасность) для общества» Тот, кто убил человеческую душу без права, тот перед Аллахом убил как будто все человечество. Самое ценное – это человеческая жизнь для Всевышнего. В Коране прописано, что Всевышний дает право родственникам убитого просить государство о помиловании или наказании, но самосуд тоже смертный грех».

Яков Энс, главный пресвитер Евангелистской церкви христианства высказался о том, что введение смертной казни – это прерогатива государства, а не религии:

«Мы лишь подчиняемся законам, прописанным властями, исполняем их. Человек в первую очередь должен уважать законы и власть».

Пару месяцев назад по дороге на заседание Верховного Суда, водитель такси рассказал мне о своем сыне, получившем пожизненный срок лишения свободы:

«Мой сын был осужден за убийство таксиста и получил высшую меру по нашим законам. За это время пока сидит, он в буквальном смысле слова «съел свою квартиру», суками ему продукты таскаем, а он все « что так мало привезли?» Постоянно требует сало. Вы знаете, сколько сейчас сало стоит? Так берем не килограмм, не два! Что ему не хватало, не знаю! Квартира у него была, машина тоже. Нет, надо было пойти убить, ограбить таксиста. А сейчас по иронии судьбы, после выхода на пенсию я вынужден таксовать. И не дай Бог, встретится мне такой, как мой сын! Вот лучше бы его расстреляли, так ведь не ему, а нам с женой наказание до конца наших дней!»

Сколько людей, столько и мнений. К сожалению, как обычно пресс-служба ГСИНа не смогла оперативно предоставить нам информацию о том, сколько денежных средств тратит государство на содержание одного заключенного, поэтому мы воспользовались данными за прошлый год, сомнительно, что сумма изменилась. По официальным данным на каждого здорового заключенного ежедневно из бюджета выделяется 80 сомов, на больного 140 сом. Путем несложных арифметических действий получается, что в год на одного заключенного тратится 29 200 сом на здорового и 51 100 сом на больного, при учете, что осужденных на пожизненное лишение свободы около 300 человек, сумма набегает немалая.

Мы не делаем каких-либо выводов, но для того, чтобы обезопасить граждан своей страны от насильников, убийц и маньяков стоит тратить деньги на изоляцию преступников за счет налогоплательщиков, в то время как пенсионеры выживают на мизерные пенсии, не хватает средств на необходимые лекарства детям с онкозаболеваниями, катастрофически нет средств на ремонт дорог и прочее?

PS. После общения с нашими респондентами, как-то сама собой появилась следующая мысль – а не будет ли благом для преступника, для его души – смертная казнь. Получается, что по сути преступник одномоментно получает еще здесь на земле и наказание, и искупление…

Поделится в
back to top

Случайные

Follow Us